Посетитель, а Вы уже были на форуме?

Глава №15

Из книги ЧАСТИЧКА РОДИНЫ (Из истории города Старого Оскола. Вариант 1960 г.). Автор: Евгений Белых (belyhen)


РЕВОЛЮЦИОННОЕ ДВИЖЕНИЕ 1905-1907 ГОДОВ

(из революционного движения в дооктябрьский период в Поосколье)

На базе местной промышленности (хотя она и была слабо развитой, с преобладанием кустарности и элементов переработки сельскохозяйственного сырья) и железной дороги росло с конца XIX века количество Старооскольских рабочих.

Среди них значительную часть составляли не порывавшие пока связь с сельским хозяйством в слободах и прилегающих к городу деревнях. Но сложившаяся в Старом Осколе условия (постоянное общение с пролетарским Донбассом, с пролетариями Москвы и рабочими других промышленных центров) ускорили политическое вызревание рабочих. Большую роль в росте политического самосознания рабочих играла невыносимая эксплуатация их капиталистами: заставляли работать до 16 часов в сутки за нищенскую зарплату (например, Анпилов Константин зарабатывал в железнодорожном депо в 1898 году по 20 копеек за десять часов работы в день. Молотобоец Тихон Беликов, работая сподручным у кузнеца депо Силаевича, зарабатывал до 40 копеек за 6 часов работы в сутки. Табачница Елена Степанова, работая набойщицей на фабрике Волчанского с четырех часов утра до восьми вечера и набивая три тысячи двести пачек табаку общим весом в десять пудов, зарабатывала 25 копеек в день. На вильном предприятии Чечулиных, вращая просак (вильное колесо) рабочие за 16 часов зарабатывали 15-20 копеек. Не лучше было материальное положение рабочих других предприятий. Общий заработок рабочего канатной фабрики Шестакова или, скажем пивного завода Коренева, достигал лишь суммы в 85-90 рублей за весь годовой сезон.

В дополнение к этим нищенским условиям жизни были штрафы, произвол и грубость администрации, отсутствие даже самых элементарных приспособлений по технике безопасности, совершенно отсутствовала забота капиталиста о здоровье рабочих.

Хозяин табачной фабрики Волчанский, выплачивая раз в месяц жалование по 4-5 рублей, обязательно стонал от жадности и кричал на табачниц: «У-у-у, стервы проклятые, все мое золото забираете!»

Если же кто осмеливался сказать слово о необходимости молока работницам или требовал респираторов, чтобы несколько спастись при вдыхании от табачной пыли, фабрикант топал ногами и угрожал «выбросить на улицу».

Приходилось терпеть и накапливать злость для борьбы. А злиться было чего. Сказать про сушилку на табачной фабрике. Там жара и такое скопление газа-никотина, что работницы падали в бессознательном состоянии от этого «голубого воздуха», рвались кровью. Лица у всех зеленели, как раз под цвет табачной пыли. Табачницы одевались в зеленое, носили зеленые платки, чтобы не так была заметна зеленая табачная пыль. Кроме тог, под зелеными платками и одеждой легче было прятать запрещенные книжки в зеленой обложке, приносимые на фабрику подпольщицей Варей Ланиной, девушкой с чудными черными косами и веселыми карими глазами.

Бесправное экономическое и политическое положение старооскольских рабочих, равно как и рабочих всей России, их тесная связь с пролетарскими центрами и со студенчеством, знакомым с марксистской литературой, постоянная связь с крестьянской беднотой Поосколья, – все это повело к тому, что Старооскольские рабочие рано проявили дух пролетарской солидарности с общерусским революционным движением. Они, например, солидаризируя рабочим Обуховского военного завода в Петербурге, провели в мае 1901 года однодневную стачку.

Персональный пенсионер за участие в восстании матросов крейсера «Очаков» против царизма в ноябре 1905 года Никанор Петрович Рыжих рассказывал в 1938 году в своих воспоминаниях об этой стачки следующее:

«В одно из воскресений мая месяца 1901 года собралось много рабочих возле железнодорожного депо. Машинист депо Федор Ширяев, взобравшись на котел, говорил о подавлении царскими войсками стачки на Обуховском заводе и призывал высказать свое сочувствие и поддержку обуховцам, протестовать против произвола царизма.

Потом принесли фанерный транспарант с надписью: «Да здравствуют обуховцы!» Появился красный флаг. С песнями двинулись рабочие в город. Но на Успенской улице (теперь Октябрьская) на демонстрацию напали полицейские и солдаты. Кое-кого арестовали, других избили. В этот день я попал ночевать в дом арестуемых, и запомнил демонстрацию на всю жизнь, хотя присоединился к ней из-за любопытства; будучи призван в Черноморский флот, я уже сознательно принял участие в восстании «Очакова», за что и получил от царского суда каторгу» (ЦГАВМФ, ф. 407, д.364а, л.л. 155-162).

Рассказ Рыжих Никанора был подтвержден старым старооскольским железнодорожником Константином Анпиловым, получающим персональную государственную пенсию за участие в восстании Черноморского флота против царизма в 1905 году. Подтвердил вышеописанные факты и пожизненный пенсионер Колосков Алексей Григорьевич.

Этот человек с 1900 года работал в Старооскольском железнодорожном депо, хорошо знал социал-демократа машиниста Федора Ширяева, руководившего революционной работой в Старом Осколе с конца XIX века. Он знал и Василия Григорьевича Бессонова, замученного потом царскими палачами в Сибири. «Вместе с Василием Григорьевичем Бессоновым, – пояснил товарищ Колосков, – мы с 1900 года работали в депо учениками, а потом были вовлечены в революционную работу группой социал-демократов, действовавших на узле. Среди них наиболее активными были машинист Федор Ширяев, механик Кузьма Сорокин, слесарь Афанасий Иванович Федотов».

Следует отметить, что имена Анпилова Константина Михайловича под № 104, Рыжих Никанора Петровича под № 75, Клюбина Александра Ивановича под № 92 и других старооскольцев упомянуты в числе приговоренных к каторжным работам с последующей отдачей под надзор полиции решением Военно-морского суда Севастопольского порта от 24 ноября 1906 года под председательством генерал-лейтенанта Андреева «по обвинению в преступных деяниях, предусмотренных 109 статьей XVI книги собраний морских постановлений. 51 и 100-й статьей Уголовного уложения, за явное восстание с намерением противиться начальству и… участие в насильственных действиях мятежников» (Из приговора Военно-морского суда Севастопольского порта от 24 ноября 1906 г.)

Многие старооскольцы знают такого пропагандиста музыкальной культуры, каким был Михаил Гаврилович Эрденко. Но мало кому известна его биография. Он родился в бедной семье Старооскольского цыгана-скрипача в Старом Осколе, на Гусевке 23 сентября 1886 года.

На деньги, собранные старооскольской интеллигенцией по подписному листу, одаренного мальчика определили в Харьковское музыкальное училище. Его скрипичная игра в училище и на концертах для публики получила высокую оценку, сам он был рекомендован в Московскую консерваторию, в класс педагога Гржимали.

Пятнадцатилетний Михаил Эрденко поступил на работу в театр Корша, чтобы заработать на пропитание для осиротевшей семьи (умер отец). И все же консерваторию он закончил с золотой медалью. Бывал часто в Старом Осколе в канун первой революции, участвовал в рабочих сходках.

Революционно-демократически настроенный, Эрденко с другими старооскольскими земляками включился в 1905 году в революционные действия московского пролетариата. В 1905 году участвовал в баррикадных боях, а еще раньше он руководил сводным оркестром революционных студентов на похоронах Николая Эрнстовича Баумана, убитого черносотенцами, за что был сослан сперва в Вологду, а затем в Архангельск.

Старооскольские земляки поддерживали революционную честь Старого Оскола в Москве и на кораблях и в портах Черного моря во время Первой Русской революции не случайно: они, как указывал Никанор Рыжих помнили первую демонстрацию 1901 года и сознательно подняли свое оружие против царизма в 1905 году, уже будучи матросами, музыкантами, слесарями.

Основная масса старооскольских рабочих сосредотачивалась в районе ж. д. депо и других служб жел. дороги.

Нельзя забывать и того факта, что в этот период, когда перед большевиками выпала задача свалить царизм и ликвидировать полностью пережитки средневековья, среди старооскольских рабочих, особенно среди крестьян, имели сильное влияние эсеровские организации, возникшие здесь в 1902 году.

Источники эсеровского движения в Старооскольском крае были те же, на которые указывал В. И. Ленин в своих работах о народниках: «Источники народничества – преобладание класса мелких производителей в пореформенной капиталистической России» (Ленин, соч.т. 1, изд. 4, стр.375).

Действительно, хотя и шел рост рабочего класса, но Старооскольский край в целом к началу XX века был преимущественно краем мелких производителей. Среди Старооскольских рабочих был немалый процент представителей разорившегося мелкого производителя, вступившего одной ногой на территорию городской фабрики или завода, а другой еще продолжающего опираться на жалкий остаток своего личного хозяйства в деревне и живущего мечтой поправить это хозяйство.

К эсеровскому движению примкнули и некоторые авантюристы из разорившихся дворян. Они рассчитывали использовать эсеровскую партию для укрепления своего влияния в крестьянских массах и в целях достижения высоких постов в партии или в государственном аппарате. Подобные «социалисты» из помещиков применяли демагогию большого масштаба, чтобы втереться в доверие к крестьянам. Например, Л. М. Денисов рьяно выступал на земских собраниях, именуя себя «крестьянским защитником». А казачанский помещик Кувшинников, попав в долги и оказавшись под угрозой продажи его имения с молотка, решил избежать долговой тюрьмы при помощи крестьян. Он публично заявил об отказе от дворянского звания и о передаче своих земель крестьянам.

Конечно, крестьянам ничего не досталось, равно как и Кувшинникову не дали времени на сбор «воспомоществования» от крестьян: кредиторы взяли себе через ипотечный банк все имущество обанкротившегося помещика. Но эффект был достигнут: арест и заключение Кувшинникова в Старооскольскую тюрьму за долги и за мошенничество население восприняло в качестве репрессий царского правительства по отношению к революционеру Кувшинникову. А Старооскольская эсеровская организация всячески поддерживала это ошибочное мнение старооскольских крестьян о Кувшинникове (директор типографии П.П. Дерябин в 1911 году участвовал в движении населения по выручке Кувшинникова из тюрьмы...).

Эсеры к 1905 году насчитывали в своей организации в Старооскольском крае 278 членов, а социал-демократов было здесь раз в десять меньше. По глубине же влияния на массы, особенно в городе, стояла впереди всех небольшая группа большевиков во главе с Фёдором Ширяевым. В решительную минуту массы шли за большевиками.

Из города подпольная организация социал-демократов ленинского направления распространяла свое влияние и на деревню, особенно устанавливая связи с батраками помещичьих имений и с деревенской беднотой.

Значительную роль играл в Старооскольском комитете РСДРП Владимир Игнатьевич Никишин. Он проводил большевистское влияние на крестьян Лукьяновки и других сел Поосколья.

Русская революция 1905-1907 г. г. является первой народной революцией эпохи империализма, в которой движущими силами были рабочий класс и крестьянство, организуемые и вдохновляемые коммунистической партией.

Началом первой Русской революции явились события 9(22) января 1905 года, когда была расстреляна мирная демонстрация рабочих Петербурга, направлявшихся к царю с петицией о своих нуждах. После расстрела рабочих царским самодержавием стачки протеста охватили всю страну. В январе-марте 1905 года бастовало одних только промышленных рабочих 810 тысяч – вдвое больше, чем за предыдущие 10 лет.

Революционное движение в Старо-Оскольском уезде началось выступлением рабочих, а затем крестьянства. Об этом свидетельствуют проанализированные нами документы государственного архива Курской области и проверенные рассказы очевидцев и участников революционных событий. А событий было много.

В марте 1905 года крестьяне хутора Дубовского и слободы Веселой Новооскольского уезда разгромили имение княгини Юсуповой. В апреле население хутора Куфлиевки Халанской волости Новооскольского уезда выступило против управляющего имением князя Трубецкого зловредного Стрельникова, который захватил крестьянский скот на выпасе и загнал его на Михайловскую ферму. Избив объездчика Чеснокова и обратив Стрельникова в бегство, крестьяне угнали свой скот домой.

Летом крестьянское движение продолжало расти под влиянием большевистской пропаганды и агитации. Большую руководящую и направляющую революционную работу в городе и деревне вели Курский комитет РСДРП, Белгородская социал-демократическая группа, имевшая свою типографию и наладившая распространение революционной литературы. Активничал Старооскольский комитет РСДРП. Революционеры, приезжая в деревню, вели беседы с местным населением и распространяли политическую литературу.

Ценным документом о крестьянском движении в Поосколье является письменный рассказ бывшего батрака в Рождественском имении графа Орлова-Давыдова, члена коммунистической партии с 1 января 1918 года, товарища Лазебного Николая Александровича.

Вот что сказано в этом рассказе: «Работая подпаском в Рождественском имении графа Орлова-Давыдова, я много раз слышал разговор, что в Старом Осколе имеется революционная организация, но долгое время ни с кем из революционером я не был знаком. Лишь впоследствии я узнал, что среди революционеров были Кузьма Сорокин, Федор Ширяев, Василий Бессонов и другие.

К нам в именье прибыли из города и поступили на работу в качестве батраков два человека: Зиборов и Потанин, уроженцы села Мышенки Богословской волости. Они были очень общительными людьми и вскоре объединили вокруг себя всю батрацкую молодежь. Познакомился и я с ними. От них я узнал о большевиках и меньшевиках, о Ленине-Ульянове.

По их поручению я распространил прокламации среди крестьян с призывом захватывать помещичью землю.

Весной Зиборов и Потанин перебрались из Рождественского именья графа Орлова-Давыдова в село Мышенку, расположенное в 18 верстах от именья. Вскоре им удалось поднять крестьянское восстание. Крестьяне захватили помещичью землю. Но в других селах восстание не вспыхнуло, почему и царским властям удалось подавить восстание в Мышенке, арестовать Зиборова и Потанина. Их сослали в Сибирь, где они и погибли.

В Рождественское именье графа Орлова-Давыдова прибыл также из Старого Оскола рабочий Иван Ефимович Бурего. Однажды он познакомился со мной, намекнул, что знает о моих связях с Зиборовым и Потаниным. «Хорошие были ребята, – сказал он. – Жаль, что работали неосторожно».

Вскоре мы прониклись доверием друг к другу. Вместе с ним я изучал революционную литературу, вел агитацию среди крестьян, а в конце 1905 года, когда в Старом Осколе рабочие захватили город и создали Совет, мы решились на более смелое действие: в Рождественской земской школе созвали крестьянский митинг и обсуждали вопрос о захвате помещичьих земель, но урядник с большим отрядом казаков напал на сходку и разогнал ее. Мне удалось скрыться, Бурего арестовали».

14 октября 1905 года забастовали железнодорожные рабочие депо станции Старый Оскол. Рано утром построившись в колонны под руководством социал-демократа Ширяева, организованно двинулись в город. Железнодорожники полностью приостановили движение поездов через Старый Оскол, заставили телеграфисток уйти от аппаратов и разогнали штрейкбрехеров, организованных попом соборной церкви Иоанном Каллистратовым и местным обществом либерально-буржуазного «Союза освобождения» из числа кулацких сынков и слободских «ухарей» («Ухарями» в Старом Осколе называли сынков прасолов и шибаев, любивших разнообразить свою жизнь кратковременной работой на транспорте и зарабатывать «пять рублей на пропой, полкопейки - домой». О работа на транспорте, выполняемая «ухарями» отнечего делать, дала им некоторые навыки транспортников, что и было учтено руководителем Старооскольского отделения черносотенного «союза русского народа» Каллистратовым: он предложил администрации использовать «ухарей» вместо забастовавших на транспорте рабочих).

… Поп Каллистратов и промышленник Дьяков Иван Алексеевич (он был владельцем крупного маслозавода и одновременно считался директором или начальником тюрьмы) взяли на себя руководство контрреволюционными силами, пытались разгромить колонну транспортных рабочих при входе в город, не допустить соединения их с рабочими городских предприятий. С этой целью, вооружив лабазников, они устроили несколько засад. В частности, во дворе Дьякова (сейчас здесь кондитерская фабрика – на Октябрьской улице) было собрано до сотни реакционеров. В число вооруженной засады Дьяков привлек около семидесяти рабочих и служащих своих предприятий. Дьяков обещал им выдать двойное жалованье, а поп Каллистратов запугивал отлучением от церкви и всякими другими божьими карами, если они не послушаются своего «законного хозяина».

Был разработан коварный план: перед воротами, во дворе, вырыли глубокую яму. Покрыли ее тонкими прутьями и бумагой, а потом засыпали пылью под фон всего двора. Подкатили несколько бочек с нефтью. Было приказано спровоцировать проходившую по улице колонну рабочих к нападению на дом Дьякова, а потом, когда рабочие станут падать в яму под напором своих товарищей, облить их нефтью и зажечь (Пожара Дьяков не боялся, так как застраховал свое имущество по тройной оценке).

Весь этот коварный план черносотенцев был сорван социал-демократом Бородиным Павлом Васильевичем. Он работал у Дьякова машинистом на маслозаводе. Узнав о происходящем во дворе Дьякова, он прибежал сюда вовремя и призвал дьяковских рабочих присоединиться к демонстрации, помочь им в борьбе с полицией и солдатами.

Дьяков и Каллистратов бежали со двора, а лабазников рабочие разоружили и присоединились к бастующим железнодорожникам. К колонне забастовщиков присоединились еще рабочие двух фабрик и служащие почтово-телеграфной конторы.

Как известно, партия эсеров к этой поре переживала кризис разложения. Многие ее члены называли себя «беспартийными». Ленин по этому поводу замечал, что беспартийность есть порождение – или, если хотите, выражение, буржуазного характера нашей революции 1905 года (Ленин, т. 10, изд. 4, стр. 60).

Земский врач М. М. Шоур тоже называл себя «беспартийным», но принадлежал фактически к эсеровскому крылу так называемых «максималистов» (мелкобуржуазная полуанархическая группа, отделившаяся от партии эсеров в 1904 году).

В октябрьских событиях Шоур развил большую личную активность в надежде захватить руководство движением в городе и деревне.

18-го октября Михаил Михайлович Шоур провел митинг рабочих города в связи с царским манифестом 17 октября «о свободах». Он говорил о пользе забастовки железнодорожных рабочих, призвал их к единству действий с крестьянами, требовал надела крестьян землей без выкупа и предлагал отбирать землю у помещиков, допуская при этом и «Отношения полюбовного выкупа земли». Шоур намекнул даже на социализацию земли, фабрик и заводов. Последнее обстоятельство встревожило буржуазию. 30 купцов и промышленников во главе с купцами Сениным, Дьяковым, Ларионовым, Жуковым и Киселевым начали 22 октября 1905 года разыскивать Шоура. Сделали обыск у зубного врача Полонского, у содержателя аптекарского магазина Рутенберга, но Шоур успел уехать на станцию Голофеевка, где 23 октября устроил митинг около двухсот крестьян из сел Шмарное и Пески. К этому времени авантюрист-помещик А. П. Кувшинников освободился из тюрьмы и пригласил Шоура в свое имение для разъяснения крестьянам позиции Государственной Думы по крестьянскому вопросу. И Шоур здесь вдруг начал призывать крестьян не творить насилий (ГАКО, фонд канцелярии губернатора, опись 15, ед. хр. 63, лист 19), хотя перед тем призывал разделить земли помещиков. Вскоре Шоур провел подобные митинги в Чернянке и в Новом Осколе. Говоря сначала горячо и с азартом, он начинал выступление завершать призывом к осторожности в действиях. В сущности, звал слушавших его не к революции, а к реформам. Эту особенность речей Шоура подчеркнул Старооскольский уездный исправник Успенский в рапорте губернатору от 25 октября 1905 года.

Возмущенные купеческими обысками в городе в городе, рабочие – железнодорожники, деревообделочники, табачники и другие 22 октября снова вышли на улицы города и осадили дом купца Сенина на углу Успенской и Курской.

Полиции удалось рассеять рабочих. Но 23 октября сотни рабочих снова вышли на улицу с намерением громить купцов и промышленников. В доме купца Ларионова и в магазине были камнями разбиты окна. Завязалась схватка рабочих с конной и пешей полицией, с солдатами и стражниками. Имела место взаимная стрельба, были раненые.

Боевые события на городских улицах, героическое поведение рабочих и зверства атакующей и избивающей рабочих полиции с нагайками и саблями, вызвали движение учащихся против царизма.

Ученик четырехклассного городского училища Александр Рябчуков организовал забастовку учащихся: дружно отказались петь гимн «боже, царя храни» и распространили листовки против царского манифеста 17 октября.

События 1905-1907 годов определили на всю жизнь взгляды старооскольского земляка – Александра Ивановича Рябчукова, о котором имеется много страниц в романе «Перекресток дорог». Современный портрет его помещен ниже.

Фото 83.

Прошли ученические сходки в поддержку рабочих и в других учебных заведениях.

Буржуазия и помещики, напуганные революционным движением рабочих, собрали экстренное заседание земства и городской Думы для обсуждения мер охраны имущества знати города. Было решено нанять стражу для ночных патрулей в городе. По первой подписке на наем стражи купцами было собрано несколько сот рублей. Наемная конная стража входила в подчинение исправника Успенского.

24 октября 1905 года опубликован документ Гордеева «От Курского губернатора. Курские крестьяне и рабочие люди!» Население извещалось о манифесте Николая II и о дарованных царем «свободах». Тут же губернатор Гордеев угрожал рабочим и крестьянам губернии принять «… самые строгие указанные в законе меры против всякого насилия и против захвата чужой собственности, будь то земля или другое имущество». Но губернаторская угроза не подействовала. Тревожно гудел набат. Кровавым заревом пожаров озарялись ночи. Облака и тучи дыма стелились над догорающими остатками господских имений.

Народ поднял свою разгневанную руку на все то, что до этого бурного года выставлялось ему попами и властями в качестве неприкосновенного и святого. Не случайно, а под действенным влиянием большевистской пропаганды. Да и активность городских рабочих раскачала все огромное крестьянское Поосколье, страдавшее от малоземелья, от помещичьей кабалы, от произвола и грабежа чиновников.

Осенью 1905 года крестьянское революционное движение в Новооскольском и Старооскольском уездах принимает массовый характер, помещичьи имения разрушались, крестьяне делили землю, забирали скот и хлеб, требовали уничтожения помещичьего землевладения.

26 октября 1905 года крестьяне слободы Слоновки Новооскольского уезда окружили волостное правление с целью разгромить его и расправиться со старшиной, который часто издевался над крестьянами. Полиции удалось отстоять волостное правление.

Дело крестьян было передано судебному следствию.

В это же время начались волнения крестьян села Орлик в имении графов Бобринских. Разоренные крестьяне потребовали у управляющего имением графо Бобринских – Лангомера бесплатного отпуска леса. Управляющий бежал из имения. Крестьяне выступали с речами о незаконности помещичьего владения лесными богатствами, о насильственном захвате земли у помещиков, о несправедливости правительства, о бесполезности выборного начала в земства и Думу, где крестьяне лишены справедливого представительства ввиду многостепенности выборов, и требовали бойкотировать подобные выборы.

Земский начальник Старов в письме на имя губернатора Гордеева просит выслать воинскую часть для усмирения крестьян.

1 ноября 1905 года в Новооскольском уезде прокатилась новая волна крестьянских волнений. Крестьяне травили посевы помещиков, угрожали разгромом экономии. В Чернянке полностью разгромлены экономия купца Маркова и его магазины, контора заводчика Шевцова, совершена попытка сжечь дом старшины.

В борьбе со своими угнетателями крестьяне нескольких деревень иногда объединялись вместе. Так, например, с первого на второе ноября крестьяне слободы Маркиной и хутора Лесного Чернянской волости разгромили имение земского начальника помещика Арсеньева. Были сожжены дотла жилой дом, хозяйственные постройки, взят и переделан между крестьянами весь сельскохозяйственный инвентарь, 300 пудов хлеба, скот и домашняя птица. Арсеньев покинул свою усадьбу и направился в город Новый Оскол, но по дороге был встречен крестьянами, которые потребовали от него подписать бумагу об отказе Арсеньева от всей земли в пользу крестьян. Помещик отказался подписать эту бумагу и был избит.

Продолжение следует

Отзывы к главе №15

Отзывов пока нет. Вы могли бы быть первым, кто выскажет своё мнение об этой книге!

Добавить отзыв

Ваш адрес электронной почты (не публикуется)
Текст отзыва
После отправки отзыва на указанный адрес электронной почты придёт письмо с ссылкой, перейдя по которой, Вы опубликуете Ваш отзыв на это произведение.

Заплатить автору

Использовать robokassa.ru для перевода денежных средств. Здесь вы найдёте множество способов оплаты, в том числе и через мобильный телефон.

Сумма руб.


Переводы Яндекс.Денег


Вы также можете помочь автору, рассказав своим друзьям и знакомым о его книге!

Также Вы можете помочь нашему свободному издательству, рассказав о нас писателям, и Вы можете помочь знакомым писателям, рассказав им о нас!

Заренее спасибо!

 

 

Сохранить произведение на диск

Скачать эту главу в виде текстового файла Cкачать эту главу в виде текстового файла (txt в кодировке Windows-1251) *

Скачать эту книгу в виде текстового файла на диск компьютера Cкачать эту книгу бесплатно в виде текстового файла (txt в кодировке Windows-1251) *

Скачать эту книгу в виде файла fb2 на диск компьютера Cкачать эту книгу бесплатно в виде fb2 файла (формат подходит для большинства "читалок" электронных книг) *

Лицензия Creative Commons Произведение «ЧАСТИЧКА РОДИНЫ (Из истории города Старого Оскола. Вариант 1960 г.)» созданное автором по имени Евгений Белых, публикуется на условиях лицензии Creative Commons Attribution-NonCommercial-NoDerivs (Атрибуция — Некоммерческое использование — Без производных произведений) 3.0 Непортированная.

Основано на произведении с http://tiksim.ru/belyhen/book1371217220 .

Текст публикуется в том виде, в котором его предоставил автор. Точка зрения Издательства может не совпадать с точкой зрения автора!

Свидетельство о публикации №2671

© Copyrignt: Евгений Белых (belyhen), 2020

Поделиться ссылкой на это произведение

Если у Вас есть блог или сайт, Вы можете разместить на нём этот баннер, чтобы привлечь больше читателей, которые как и Вы могут заплатить за публикацию книги. И книга будет опубликована быстрее!

Идёт сбор средств на публикацию книги 'ЧАСТИЧКА РОДИНЫ (Из истории города Старого Оскола. Вариант 1960 г.)' от автора Евгений Белых в общий доступ. Вы можете помочь, переведя автору деньги!

HTML код для сайта или блога

BB код для вставки в форум

* - Вы можете скачать книгу бесплатно, за исключением тех глав, которые находятся на стадии сбора средств. Они будут убраны из текста книги.

Яндекс.Метрика